Элайн не вздрогнула. Она не боялась грома. Она знала все о грозах, их причинах и воздействии на природу, и никакие глубоко укоренившиеся в народе суеверия не могли смутить ее.

У двери она приподняла тяжелый молоток, который, как она теперь разглядела, имел форму волчьей головы и был почти вполовину ее натуральной величины. Тот упал с громким, гулким звуком, который вряд ли мог остаться без ответа. Она не повторила удар.

Несколько капель дождя упало на мощеный тротуар, на котором она стояла, но Элайн не попыталась укрыться.

Прошла целая минута, прежде чем кто-то повернул изнутри дверную ручку и открыл толстую дверь. В тускло освещенном холле стоял пожилой человек, сутулый и седой, с лицом, изборожденным густой сетью морщин, которые расходились от уголков его глаз, носа и губ. Лицо его выглядело как старый пергамент.

— Да? — спросил он.

— Элайн Шерред к Ли Матерли, — сказала девушка.

— Наша новая медсестра, — кивнул мужчина. Его слегка подобострастные манеры выдавали домашнего лакея, хотя — как показалось Элайн — он, скорее всего, служил у Матерли очень много лет, возможно, с тех пор, когда был так же молод, как она сама. Он пригласил гостью:

— Заходите, пожалуйста. Мистер Матерли-младший в рабочем кабинете, он ждет вас.

Элайн наконец ушла из-под дождя, который уже зарядил как следует, и встряхнула своей копной длинных черных волос. Они разметались по воротнику желтовато-коричневого льняного пальто наподобие темного нимба.

— Надеюсь, вам не сложно было нас найти, — продолжил пожилой мужчина.

Это “нас” укрепило Элайн в уверенности, что он работает здесь уже много лет. Он явно считал напыщенный особняк своим домом в той же степени, в какой и домом своего хозяина.

— Совсем не сложно, — подтвердила она. — Мистер Матерли хорошо объяснил дорогу.